Александр Сергеевич Грибоедов

КАК УХОДИЛИ ИЗВЕСТНЫЕ ЛЮДИ

 

В четверг я зван на погребенье.
Ох, род людской! Пришло в забвенье,
Что всякий сам туда же должен лезть,
В тот ларчик, где ни стать, ни сесть.
Но память по себе намерен кто оставить
Житьём похвальным, вот пример:
Покойник был почтенный камергер,
С ключом, и сыну ключ умел доставить;
Богат, и на богатой был женат;
Переженил детей, внучат;
Скончался; все о нём прискорбно поминают.
Кузьма Петрович! Мир ему! –
Что за тузы в Москве живут и умирают!

«Горе от ума», действие II, явление 1,
монолог Фамусова

 

Смерть Грибоедова, как написал А. С. Пушкин, была «мгновенна и прекрасна» (видимо, своей храбростью – Александр Сергеевич Грибоедов пытался защищаться, выхватил саблю – и своей мгновенностью она «заслужила» у Пушкина эти эпитеты).

22 августа 1829 года Грибоедов женился на старшей дочери своего друга – грузинского поэта и общественного деятеля Александра Чавчавадзе – красавице Нине, которую знал с детства, часто занимался с ней музыкой. Ей было всего 17 лет. Ему – 34. После свадьбы и нескольких дней торжеств молодые супруги уехали в имение А. Чавчавадзе в Кахетии в Цинандали. Затем – отправились в Персию.

А. С. Грибоедов был главой российской посольской миссии в Персии. Из Эчмиадзина он писал своей приятельнице Варваре Семёновне Миклашевич: «…Женат, путешествую с огромным караваном, 110 лошадей и мулов, ночуем под шатрами на высотах гор, где холод зимний, Нинуша моя не жалуется, всем довольна, игрива, весела; для перемены бывают нам блестящие встречи, конница во весь опор несётся, пылит, спешивается и поздравляет нас с счастливым прибытием туда, где бы вовсе быть не хотелось».

Оставив беременную жену в приграничном Тавризе, своей резиденции полномочного представителя Российской империи в Персии, так как дальше было ехать опасно (и ещё – она очень тяжело переносила беременность), Грибоедов отправился в Тегеран.

Незадолго до отъезда он писал: «Мало надеюсь на своё умение, и много – на русского Бога. Ещё вам доказательство, что у меня государево дело первое и главное, а мои собственные ни в грош не ставлю. Я два месяца как женат, люблю жену без памяти, а между тем бросаю её здесь одну, чтобы поспешить к шаху…».

11 февраля (30 января) 1829 года тысячные толпы фанатиков пошли на штурм посольства. Погибли все, кто в нём находился (37 человек): их в буквальном смысле растерзали. Спасся чудом только секретарь Иван Сергеевич Мальцов.

Причиной этой жестокости, о которой упоминают все источники, было (мы не станем здесь вдаваться в политику, но уточним, что были и ещё причины… пожалуй, более веские…) разрешение укрыть на территории посольства армян, двух женщин и евнуха из гарема шаха.

Самым зверским образом обошлись с А. С. Грибоедовым: его ударили камнем по голове и изрубили саблей; к изуродованному трупу привязали дохлых кошек и собак и несколько дней таскали по улицам Тегерана с криками: «Дорогу послу, дорогу послу!». Позже, изрубив на куски, тело сбросили в яму.

Спустя неделю после нападения на российское посольство персидское правительство послало людей раскопать яму, найти труп Грибоедова, перевезти его в армянскую церковь и предать земле в её ограде на случай, если русское правительство потребует его выдачи.

Изуродованное тело Александра Сергеевича опознали по мизинцу на левой руке, в который его ранил на дуэли корнет Александр Якубович (поводом к дуэли с участием четырёх человек послужили интриги вокруг известной актрисы Истоминой: каким-то странным образом Грибоедов, не любивший Истомину, был ввязан в эту историю).
«Неточное» опознание позволяет некоторым учёным сомневаться в его гибели.

Через две недели гроб выкопали и направили через Тавриз в Тифлис. В Нахичевани останки переложили в другой гроб, украсили его и повезли дальше.

В феврале весть о смерти российского посланника дошла до Тавриза. От жены Александра Сергеевича скрывали произошедшее ещё несколько месяцев: боялись, что она потеряет ребёнка. В Тифлисе, куда её обманом перевезли, Нина, наконец, всё узнала: «После моего приезда, когда я едва отдохнула от перенесённой усталости, но всё более и более тревожилась в невыразимом, мучительном беспокойстве зловещими предчувствиями, сочли нужным сорвать завесу, скрывающую от меня ужасную правду. Свыше моих сил выразить Вам, что я тогда испытала. Переворот, происшедший в моём существе, был причиной преждевременного разрешения от бремени. Мое бедное дитя прожило только час и уже соединилось со своим несчастным отцом в том мире, где, я надеюсь, найдут место и его добродетели, и все его жестокие страдания. Всё же успели окрестить ребёнка и дали ему имя Александр, имя его бедного
отца...»
– написала она в Тавриз общему с мужем другу, английскому посланнику Джону Макдональду.

27 марта в «Московских ведомостях» опубликовали новость: «..получено из Тегерана письмо, что там почти вся русская миссия, во главе с посланником Грибоедовым, убита взбунтовавшимся народом, который в великом множестве ворвался в дом посланника и, несмотря на военный караул казаков и персиян, бывший в нём, разломав все двери, предал всех бывших в миссии мечу, кроме сумевших спастись немногих. Но что делали наши казаки? Об их гибели не сообщено! И откуда у народа взялись мечи?».

Было несколько версий случившегося, но самой распространённой в России, по вполне понятным причинам, была следующая: гибель Грибоедова и его соратников считали «следствием возмущения толпы тегеранской черни, подстрекаемой к тому английскими агентами».

Говорят, персидский шах послал царю Николаю I огромные дары, в том числе знаменитый алмаз «Шах», самую значимую драгоценность персидской короны, один из семи больших алмазов в истории мира (его вес превышает 88 каратов). Николай принял извинения, и последствий для Персии не было: «Я предаю вечному забвению злополучное тегеранское дело...». Кстати. В январе 1830 года, по представлению генерал-адъютанта Паскевича-Эриванского, Николай I распорядился положить матери и вдове Александра Сергеевича Грибоедова пожизненный пансион: в год по 5 тысяч рублей ассигнациями каждой; единовременно им было выдано по 30 тысяч рублей.

30 апреля прах Александра Сергеевича Грибоедова привезли в Гергеры, где гроб видел A. C. Пушкин, который в статье «Путешествие в Арзрум» писал об этой встрече:
«Три потока с шумом и пеной низвергались с высокого берега. Я переехал через реку. Два вола, впряжённые в арбу, подымались по крутой дороге. Несколько грузин сопровождали арбу.

“Откуда вы? ” – спросил я их. – “Из Тегерана”. – “Что вы везёте? ” – “Грибоеда”.
Это было тело убитого Грибоедова, которое препровождали в Тифлис»
.

В июне тело Александра Сергеевича, наконец, прибыло в Тифлис. Нина встречала его, стоя на крепостной стене. Увидев повозку с гробом, она потеряла сознание.

18 июля 1829 года Грибоедова похоронили возле церкви Св. Давида; Нина исполнила его волю: как-то шутя Александр Сергеевич сказал ей: «Не оставляй костей моих в Персии; если умру там, похорони меня в Тифлисе, в монастыре Св. Давида».

Газета «Тифлисские ведомости» в номере от этого же дня дала описание похорон: «Тело покойного российского полномочного министра в Персии, с. с. Грибоедова, привезённое из Тегерана, со всеми почестями, приличными сану, в который он был облечен, по выдержанию всех карантинных сроков, 17 июля перевезено из тифлисского карантина в Сионский кафедральный собор, где оное поставлено было на нарочито для сего изготовленный великолепный катафалк. На другой день его высокопревосходительство тифлисский военный губернатор, весь генералитет, военные и гражданские чиновники собрались в соборе. По совершении божественной литургии его высокопреосвященство экзарх Грузии произнёс надгробное слово, и исчислением доблести покойника произвёл тем сильнейшее впечатление над слушателями, что сердца всех присутствовавших расположены уже были к глубокой печали воспоминанием о горестной потере столь отличного мужа. По окончании обычных обрядов бренные останки Александра Сергеевича Грибоедова, в сопровождении его высокопреосвященства экзарха Грузии и всех присутствовавших, отнесены в монастырь св. Давида, и преданы земле согласно с волею, неоднократно объявленною покойником при жизни».

Грибоедов погребён в особом гроте, над ним сооружена часовня; в ней – памятник чёрного мрамора, возле которого бронзовая плачущая, коленопреклоненная перед бронзовым распятием женщина (эмблема Нины). На передней стороне памятника – барельеф А. С. Грибоедова, а рядом лежит книга – «Горе от ума». Под ними выбито золотыми буквами: «Александр Сергеевич Грибоедов, родился в 1795 году, генваря 4 дня, убит в Тегеране в 1829 году, генваря 30 дня». С южной стороны написано: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя», с северной: «Незабвенному его Нина». Скульптор памятника, за который, вместе, с доставкой, Нина оплатила десять тысяч рублей ассигнациями, – известный в то время в Петербурге В. И. Демут-Малиновский. Изготовили его в мастерской итальянца Кампиони в Москве, у Кузнецкого моста, на Неглинной.

Нина пережила мужа на 28 лет, больше не выйдя замуж (за вечный траур её прозвали «чёрной розой»), хотя предложений было немало, и умерла в 1857 году от холеры; погребена рядом с любимым.

По словам К. Бороздина, вся жизнь Нины была посвящена «родным и друзьям, вся она была одним лишь благотворением, она была ангелом-хранителем всего семейства. Существо, которому поклонялись все, начиная с управляющих и наместников Кавказа до самых маленьких людей. Нина носила с собою какую-то особую атмосферу благодушия, доступности, умения войти в нужду каждого, и эти нужды других она всегда делала своими. Популярнее её никого не было в то время».

Газета «Кавказ» написала о её смерти: «Наше тифлисское общество понесло значительную потерю. В прошлую пятницу, июня 28, после краткой болезни скончалась Нина Александровна Грибоедова, урождённая Чавчавадзе. Отпевание тела её происходило в прошлое воскресенье в Кашветской Георгиевской церкви, при стечении всех уважающих прекрасную личность покойной, бывшей всегда украшением лучших тифлисских салонов и столь рано похищенной смертью из их круга. Тело её отнесено на руках в монастырь св. Давида и положено в одном склепе, рядом с её супругом».

На склоне горы Мтацминда (груз. «святая гора»), вокруг церкви Святого Давида, названной в честь апостола Давида Гареджийского, жившего отшельником в тамошней пещере, сейчас расположен пантеон писателей и общественных деятелей Грузии. Там похоронены многие известные учёные, артисты, писатели – всего 48 захоронений.

Если подниматься к храму по лестнице, то могилу Грибоедова и его жены можно увидеть сразу…

 

Александр Сергеевич Грибоедов родился 4 (15) января 1795 года, умер 30 января (11 февраля) 1829 года.
Русский драматург, поэт и дипломат, композитор (сохранились два «Грибоедовских вальса»), пианист.
Грибоедов известен как homo unius libri – писатель одной книги, комедии в стихах «Горе от ума» (из всего им написанного только она имеет самостоятельную ценность), которая и в наши дни является одной из наиболее популярных театральных постановок в России.
Александр Сергеевич первоначально назвал её более красноречиво – «Горе уму». Это сатира на аристократическое московское общество, современное Грибоедову; одна из вершин русской драматургии и поэзии; фактически завершила «комедию в стихах» как жанр. Благодаря афористическому стилю – «разошлась на цитаты». Вольный стих комедии относится к лучшим образцам метрики этого рода (наряду с баснями Крылова).
Первый слушатель пьесы – И. А. Крылов. Когда Грибоедов читал её – Крылов сидел на диване, свесив голову на грудь. По окончании чтения Иван Андреевич готов был заплакать: «Нет. Этого цензоры не пропустят. Они над моими баснями куражатся. А это куда похлеще! В наше время государыня за сию пиесу по первопутку в Сибирь бы препроводила».
Скорее всего, именно поэтому при жизни А. С. Грибоедова «Горе от ума» не поставил ни один театр. Зато литературоведы насчитали
45 тысяч рукописных экземпляров пьесы, которые передавали из рук в руки по всей России: её читали!..

 
Каталог
Акции

01.11.2017

Вручение Большой золотой медали выставки "Некрополь-2017"
подробнее

27.10.2017

Благодарственное письмо от президента проекта "Некрополь"
подробнее

26.10.2017

Наша экспозиция на выставке "Некрополь-2017" - "Знаки Зодиака"
подробнее

все акции